Включить нейросеть Сбербанка Kandinsky в единый реестр российского программного обеспечения Минцифры отказалось: заявка банка не прошла экспертное голосование. Формально причиной стал несоответствие требованиям постановления правительства №1236, однако специалисты полагают, что реальный камень преткновения - схема доступа к сервису через Telegram, который власти публично намерены заблокировать.
Как проходило рассмотрение заявки
Сбербанк подал заявку на включение Kandinsky в реестр 10 февраля 2026 года. Заседание экспертного совета Минцифры состоялось 19 февраля, а окончательное решение об отказе было оформлено 5 марта 2026 года.
Из 24 членов совета 20 проголосовали за отказ, четверо воздержались. Для подобных процедур это довольно необычный результат: обычно решения принимаются фактически единогласно, максимум с одним воздержавшимся.
Формальная причина отказа
В официальном протоколе в качестве основания указано несоответствие пункту №5 "Правил формирования и ведения единого реестра российских программ...", утверждённых постановлением правительства от 16 ноября 2015 года №1236.
Этот пункт описывает целый пакет требований к программам, претендующим на статус отечественного ПО, среди них:
- отсутствие возможности управления продуктом из‑за рубежа;
- хранение исходного кода на территории России;
- совместимость с российскими операционными системами;
- размещение в отечественных центрах обработки данных с необходимыми ресурсами;
- отсутствие в составе ПО сведений, составляющих государственную тайну;
- выполнение ряда других технических и организационных критериев.
Формулировка довольно широкая, поэтому из протокола нельзя однозначно понять, какой именно подпункт посчитали нарушенным. Однако внимание экспертов привлекло руководство пользователя Kandinsky, приложенное к заявке.
Привязка к Telegram как возможный ключевой фактор
В пользовательской инструкции прямо сказано: для работы с Kandinsky необходимо открыть Telegram - либо мобильное приложение для Android или iOS, либо веб-версию. Взаимодействие с нейросетью организовано через телеграм-бота, альтернативные способы доступа в документе не описаны.
Одновременно с этим в стране обсуждается и готовится блокировка Telegram. На этом фоне зависимость российского ИИ-сервиса от стороннего зарубежного мессенджера, который может оказаться технически недоступен, выглядит для регулятора проблемной - как с точки зрения информационной безопасности, так и в контексте политики импортонезависимости.
Фактически это означает: ключевая "витрина" нейросети формально завязана на сервис, который не контролируется российской юрисдикцией, а значит, может быть интерпретирован как нарушение требований к управлению и инфраструктуре.
Альтернативный доступ через GigaChat
При этом в реальности Kandinsky не ограничивается одним только Telegram. Как показала проверка журналистов, нейросеть доступна и через экосистему Сбербанка - в частности, через сервис GigaChat по СберID. Там пользователь может описывать задачу, а языковая модель GigaChat помогает уточнить и развернуть текстовый запрос, после чего он передаётся в Kandinsky для генерации изображения или видео.
Однако в документах, поданных на включение в реестр, основной канал доступа был описан именно через Telegram, а альтернативные опции, по сути, не были акцентированы. Это, по оценкам экспертов, могло сыграть решающую роль: регулятор при рассмотрении заявки ориентируется прежде всего на официально предоставленную документацию.
Что представляет собой Kandinsky
Kandinsky - это семейство моделей искусственного интеллекта для генерации визуального контента. Нейросеть умеет:
- создавать изображения по текстовому описанию;
- генерировать видео на основе текстовых подсказок;
- превращать статичное изображение и текст в короткий видеоролик;
- редактировать существующие изображения по описанному пользователем сценарию.
Такие системы сегодня активно используются для подготовки маркетинговых материалов, дизайна, визуализации концептов, создания обучающих и презентационных материалов. Для корпоративных и государственных заказчиков важен не только функционал, но и юридический статус продукта - в том числе наличие записи в реестре российского ПО.
Позиция Сбербанка: доработать и вернуться
В Сбербанке подчёркивают, что отказ Минцифры не означает остановку или ограничение работы сервиса. Kandinsky продолжает функционировать в штатном режиме, доступ к нему для пользователей не изменился.
Представители банка заявили, что команда сервиса уже готовится учесть замечания экспертного совета и в ближайшее время повторно подать заявку. То есть стратегическая цель - всё же добиться включения Kandinsky в реестр - остаётся в силе. Вероятнее всего, акцент в обновлённой заявке будет сделан на доступ через СберID, корпоративные интерфейсы и другие полностью контролируемые российской стороной каналы.
Готовность регулятора пойти навстречу после доработки
Минцифры, в свою очередь, подчёркивает: любые решения включаются в реестр только при полном соответствии всем критериям. Нарушение хотя бы одного из требований автоматически закрывает возможность внесения в список отечественного ПО.
При этом ведомство не занимает жёстко отрицательную позицию в отношении продукта. Напротив, официально заявлено, что после доработки и подтверждения соответствия всем пунктам постановления ИИ‑модель может быть включена в реестр. То есть речь идёт не о принципиальном запрете, а о необходимости "подтянуть" архитектуру и документацию под действующие нормы.
Почему реестр так важен для Kandinsky
Попадание в реестр российских программ - не просто вопрос статуса. Для коммерческого продукта, особенно в секторе ИИ, это:
- доступ к государственным и квазигосударственным закупкам;
- возможность участвовать в конкурсах, где по формальным критериям допускаются только решения из реестра;
- приоритет в ряде программ импортозамещения и цифровой трансформации;
- дополнительный уровень доверия для крупных корпоративных клиентов, ориентирующихся на "белые списки" решений.
Эксперты ожидают, что после включения в реестр Kandinsky сможет активно применяться там, где нет особых требований к критической инфраструктуре: для подготовки коммуникационных материалов, креативных концепций, оформления документации, визуализации внутренних процессов, учебных курсов и другой "некритичной" графики.
В тех же сценариях, где действуют жёсткие требования по защите информации и прозрачности архитектуры (например, в системах критической информационной инфраструктуры), предпочтение, как правило, отдают решениям с максимально предсказуемым и контролируемым стеком технологий, полностью развёрнутым на отечественных платформах.
Связка ИИ и мессенджеров: новый вызов для регуляторов
Ситуация с Kandinsky показывает более широкий тренд: многие современные ИИ‑сервисы изначально проектируются как "боты" и "плагины" к популярным мессенджерам. Это удобно для пользователей, но создаёт риски при регулировании.
Если мессенджер находится за пределами российской юрисдикции, невозможно гарантировать ни стабильность доступа, ни соблюдение всех требований по защите данных. Для регуляторов это аргумент в пользу более строгого подхода: архитектура отечественных ИИ‑платформ должна предусматривать автономные каналы доступа - веб-интерфейсы, мобильные приложения и интеграции, которые не зависят от решения зарубежных компаний или политических факторов.
Вероятно, после истории с Kandinsky разработчики других ИИ‑сервисов будут внимательнее относиться к тому, как именно они описывают пользовательские сценарии в документации для государственных органов и какие внешние платформы декларируют в качестве "основных" точек входа.
Стратегическая ставка на ИИ и противоречия регулирования
Россия декларирует курс на развитие собственных ИИ‑технологий и снижение зависимости от западного ПО. Крупные финансовые и технологические игроки активно инвестируют в языковые и генеративные модели, создают экосистемы вокруг них, выводят на рынок новые продукты.
На этом фоне слишком жёсткое или формалистское применение правил может замедлять внедрение передовых решений. С другой стороны, ослабление требований может ударить по целям по цифровому суверенитету и информационной безопасности. История с Kandinsky становится примером того, как эти два курса - ускоренное развитие ИИ и строгий контроль за инфраструктурой - сталкиваются на практике.
В ближайшие годы можно ожидать уточнения нормативной базы: будут более детально прописаны требования к ИИ‑моделям, к структуре доступа к ним, к хранению и обработке данных, а также к использованию сторонних площадок вроде мессенджеров, облаков и международных платформ.
Последствия для рынка и конкурентов
Отказ во включении Kandinsky в реестр на первом этапе создаёт окно возможностей для других российских разработчиков генеративного ИИ, которые уже выстроили свои решения вокруг полностью отечественной инфраструктуры и не зависят от Telegram. Такие компании могут использовать момент, чтобы закрепиться в сегменте госзаказов и крупных корпоративных проектов.
Однако долгосрочно появление в реестре нескольких сильных игроков, включая Сбербанк, может, напротив, усилить конкуренцию и ускорить развитие технологий. Заказчики получат выбор между разными архитектурными подходами, моделями лицензирования и качеством генерации.
Что будет дальше с Kandinsky
Сейчас ключевой вопрос - как именно Сбербанк изменит техническую и юридическую конфигурацию сервиса. Возможные шаги:
- смещение акцента с Telegram на доступ через собственные платформы и аккаунты СберID;
- более подробное описание офлайн‑и веб‑каналов работы с ИИ‑моделью;
- уточнение схемы размещения и управления исходным кодом и инфраструктурой;
- возможное появление отдельных клиентских решений для корпоративного сектора, развёртываемых в российских дата-центрах заказчика.
Если обновлённая заявка устранит все замечания по пункту №5 постановления №1236, нейросеть имеет хорошие шансы попасть в реестр со второй попытки. Для рынка это станет сигналом, что регулятор готов признавать сложные ИИ‑решения отечественными при условии, что они архитектурно независимы от зарубежных платформ и корректно оформлены с точки зрения документации.
Таким образом, история с отказом Минцифры - не конец пути Kandinsky, а скорее этап, на котором разработчикам приходится подстраивать передовые ИИ‑технологии под жёсткие рамки регуляторной реальности.
