В Кремле состоялись переговоры президента России Владимира Путина с министром иностранных дел и внешнеэкономических связей Венгрии Петером Сийярто. В центре повестки оказались энергетическое сотрудничество, состояние двусторонней торговли и гуманитарный вопрос, завершившийся решением об освобождении из российского плена двух граждан Венгрии, ранее насильственно мобилизованных в вооружённые силы Украины.
Ключевым результатом визита Сийярто в Москву стало принятое Владимиром Путиным решение передать Будапешту двух венгров с Закарпатья, которые воевали в составе ВСУ не по своей воле и оказались в российском плену. Этот шаг был обозначен как гуманитарный жест, не обременённый какими-либо встречными политическими или экономическими условиями.
Вернувшись в Будапешт, глава МИД Венгрии в интервью национальным СМИ особо подчеркнул, что Москва не выдвигала ни одной просьбы или требования в обмен на передачу соотечественников. По его словам, "российская сторона ничего не просила от Венгрии взамен освобождения насильно мобилизованных в ВСУ и сдавшихся в российский плен двух закарпатских венгров". Отвечая на прямой вопрос журналистов о возможных "подводных камнях", Сийярто сказал лаконично: "Ничего". Он добавил, что разумная и прагматичная внешняя политика последних более чем десяти лет позволила добиться возвращения двух попавших в плен людей на родину, и предложил "просто порадоваться за них".
Визиту министра предшествовал телефонный разговор Владимира Путина с премьер-министром Венгрии Виктором Орбаном, состоявшийся 3 марта. Лидеры обсудили текущие вопросы двустороннего взаимодействия и ход реализации договорённостей, достигнутых по итогам переговоров в Москве в ноябре 2025 года. Таким образом, встреча в Кремле стала логичным продолжением ранее заданной линии на поддержание рабочих контактов между Москвой и Будапештом, несмотря на общую напряжённость в отношениях России с ЕС.
Переговоры в Кремле 4 марта носили разносторонний характер. С российской стороны в них участвовали министр иностранных дел Сергей Лавров, первый заместитель председателя правительства Денис Мантуров и помощник президента Юрий Ушаков. Венгерскую делегацию, кроме Петра Сийярто, представлял чрезвычайный и полномочный посол Венгрии в России Норберт Конкой. Такое расширенное состав участников подчёркивает не только политическую, но и экономическую направленность контактов.
Сийярто открыто обозначил главную цель своего визита: получить уверенность, что в условиях нарастающих конфликтов и санкционного давления поставки российских энергоресурсов Венгрии будут сохранены. Он заявил, что прибыл в Москву затем, чтобы добиться чёткого подтверждения продолжения поставок углеводородов - газа и нефти, - от которых во многом зависит стабильность венгерской экономики и энергетической системы. В условиях, когда европейский рынок стремительно перестраивается, для Будапешта критически важно иметь долгосрочные и предсказуемые контракты.
В Кремле заверили, что Россия готова и дальше в полном объёме выполнять свои обязательства перед Венгрией по энергетическим контрактам. На переговорах подробно обсуждались параметры поставок нефти и газа, а также инфраструктурные и транзитные риски. Отдельным блоком была рассмотрена реализация проекта расширения венгерской АЭС "Пакш", в котором участвуют российские специалисты. Эта станция является одним из ключевых элементов энергобаланса Венгрии, и от соблюдения графика её модернизации зависит, насколько быстро страна сможет компенсировать колебания на газовом и нефтяном рынках.
Владимир Путин обратил внимание на сокращение товарооборота между двумя странами примерно на 13%. Несмотря на это, стороны продолжают интенсивное взаимодействие в тех секторах, которые не заблокированы санкциями и остаются взаимовыгодными. Речь идёт прежде всего об энергетике, атомной отрасли, отдельных промышленных проектах и аграрной продукции. В этих условиях задача Будапешта - сохранить каналы экономического сотрудничества, не выходя за рамки формальных решений Евросоюза, но и не разрушая собственную экономическую базу.
Особое беспокойство венгерской стороны вызывает ситуация с транзитом нефти через Украину. Сийярто подчеркнул, что Киев в течение нескольких недель блокирует прокачку сырья по трубопроводу "Дружба" в направлении Венгрии. Для страны, не имеющей выхода к морю и зависящей от трубопроводной логистики, такие действия создают прямые риски для энергетической безопасности. Именно поэтому Будапешт настойчиво добивается сохранения стабильных поставок российских углеводородов и ищет юридические и дипломатические механизмы снижения транзитной уязвимости.
Российский президент в ответ заверил, что Москва традиционно выполняла и намерена выполнять все взятые на себя обязательства в энергетической сфере. По его словам, всё, что зависит от российской стороны, будет сделано для того, чтобы потребители в Венгрии продолжали получать необходимые объёмы сырья. При этом в Кремле подчеркнули, что проблемой остаётся именно транзитное звено, которое не контролируется Россией и зачастую используется как инструмент политического давления.
История с освобождением двух венгерских военнопленных на фоне энергетических переговоров демонстрирует сразу несколько тенденций. Во‑первых, Москва и Будапешт продолжают выстраивать особый формат диалога, в котором гуманитарные вопросы тесно переплетены с прагматическими экономическими интересами. Во‑вторых, Венгрия последовательно занимает в ЕС позицию, отличающуюся от общего антироссийского курса, делая акцент на национальных приоритетах, а не на идеологических лозунгах.
Для Венгрии тема закарпатских венгров, оказавшихся на Украине под мобилизацией, является внутренне чувствительной. Речь идёт о компактно проживающем национальном меньшинстве, которое долгое время поднимало вопрос о гарантиях своих прав в украинском государстве. Случаи принудительной мобилизации, по оценкам Будапешта, усугубляют напряжённость и приводят к новым кризисам в отношениях Венгрии и Украины. Возвращение хотя бы части этих людей домой запускает для венгерского руководства важный политический месседж: Будапешт не бросает своих граждан и соотечественников.
Для России же подобные жесты используются как подтверждение заявленной линии на гуманитарное измерение конфликта. Освобождение пленных, в особенности граждан третьих стран, позволяет демонстрировать готовность к точечным решениям за пределами общевой политической конфронтации с Западом. Отсутствие каких-либо формальных условий в обмен на этот шаг подчёркивается обеими сторонами как принципиальный момент: Москва показывает, что готова к адресным гуманитарным акциям, а Будапешт - что не идёт на скрытые сделки за спинами партнёров по ЕС.
Важный контекст переговоров - растущие разногласия внутри Евросоюза по вопросу санкций и энергетики. Венгрия неоднократно блокировала или затягивала согласование отдельных пакетов ограничительных мер, если считала, что они напрямую бьют по её интересам. Она добивалась исключений по нефти, настаивала на сохранении долгосрочных контрактов на газ и критиковала идею полной и быстрой "декуплеризации" от российских энергоресурсов. На этом фоне визит Сийярто в Москву и полученные гарантии поставок выглядят продолжением линии на особый путь в рамках ЕС.
Энергетическая составляющая российско-венгерских отношений выходит далеко за рамки сухих контрактов. Для Будапешта доступ к относительно недорогим углеводородам - это вопрос конкурентоспособности промышленности и уровня жизни населения. Для Москвы сохранение хотя бы части европейского рынка - способ удержать экономическое присутствие в Центральной Европе и продемонстрировать, что диалог с отдельными членами ЕС по‑прежнему возможен. Так формируется своеобразный "островок прагматизма" на карте континента, где большинство столиц предпочло жёсткую конфронтацию.
Проект модернизации и расширения АЭС "Пакш" в этом контексте имеет стратегическое значение. Он не только укрепляет энергетическую независимость Венгрии, но и связывает её долгосрочными технологическими и финансовыми узами с Россией. Реализация атомного проекта требует планирования на десятилетия вперёд, что де-факто создаёт долговременную основу сотрудничества, трудно обратимую даже при резкой смене политической конъюнктуры. Для Будапешта это страховка на будущее, для Москвы - важный сигнал, что её ядерные технологии остаются востребованными в ЕС.
Наконец, гуманитарный аспект, связанный с освобождёнными венгерскими военнопленными, может стать прецедентом для дальнейших точечных договорённостей по линии России и отдельных европейских государств. Если подобные шаги будут повторяться в отношении граждан других стран, это создаст дополнительный канал коммуникации, обходящий общую жёсткую риторику между Москвой и коллективным Западом. На фоне затяжного конфликта каждая такая история возвращения людей домой приобретает символическое значение, выходя за рамки двухсторонних отношений и затрагивая общую дискуссию о возможностях гуманитарных договорённостей.
