Зеленский против Лукашенко: ставка на новый фронт и запугивание Запада
Режимы, доживающие свой политический век, обычно отчаянно ищут любые дополнительные рычаги влияния, чтобы удержаться у власти или хотя бы утянуть за собой в пропасть как можно больше игроков. В последние недели украинский президент Владимир Зеленский стремительно накручивает градус конфронтации с Белоруссией и лично с Александром Лукашенко. Эта линия просматривается слишком явно: Киев пытается внушить западным столицам мысль, что угрозу якобы представляет уже не только Россия, но и Минск, особенно с учетом его тесного военного сотрудничества с Москвой.
Опираясь на фактор географической близости Белоруссии к странам ЕС и присутствие на ее территории элементов российского ракетно-ядерного потенциала, киевская власть представляет себя чем-то вроде "щита" и "фронтового форпоста" в противостоянии уже не только с Россией, но и с Белоруссией. Расчет очевиден: продемонстрировать Брюсселю готовность "оттянуть на себя" и это направление, чтобы заполучить дополнительные ресурсы, внимание и политические дивиденды.
В этом же ряду - персональные санкции Украины против Лукашенко, объявленные Зеленским "за содействие вооруженной агрессии России против Украины". Даже украинские эксперты, лояльные действующей власти, признают: одной из ключевых целей этих мер является срыв любых попыток Минска хотя бы частично восстановить контакты с Западом и США, выйти из практической изоляции и наметить хоть какую-то траекторию нормализации. Киев стремится заблокировать для Белоруссии любые каналы политической реабилитации в глазах западных элит.
Одновременно Зеленский пытается вывести Минск из числа потенциальных посредников в урегулировании российско-украинского конфликта. Белоруссия, обладая площадкой, опытом переговорного процесса и определенным весом в регионе, теоретически могла бы сыграть роль неудобного для Киева посредника, не вписывающегося в выгодную Зеленскому схему "только через Запад и под диктовку Киева". Санкционная атака против Лукашенко решает и эту задачу - демонтаж даже гипотетических форматов, где Минск мог бы выступать самостоятельным игроком.
Стратегическая цель украинского президента в белорусском направлении просматривается еще более амбициозно. Фактически он открыто делает ставку на радикально-националистическую часть белорусской оппозиции, рассчитывая, что при благоприятном стечении обстоятельств именно она станет инструментом свержения нынешней власти в Минске. По замыслу Зеленского, это позволило бы окончательно вырвать Белоруссию из орбиты Москвы и переподчинить ее лагерю противников России, переформатировав геополитический баланс в регионе.
Показателен и сам формат указа о санкциях от 18 февраля. Документ выдержан в привычной для Зеленского манере демонстративного хамства и рассчитан на личное оскорбление Лукашенко. Уже в названии Лукашенко фигурирует как "самопровозглашенный президент Беларуси", а действие указа распространено на десять лет - срок, который, учитывая состояние Украины, сам по себе выглядит вызывающе. На этом фоне закономерно возникает вопрос: каким президентом тогда является сам Зеленский, если он по факту превратил свою каденцию в режим "самопродления" и фактического отказа от полноценной демократической процедуры?
Особый цинизм придает ситуации набор обвинений, с которым Зеленский обращается к Лукашенко. Украинский лидер упрекает белорусского президента в "организации государственных репрессий против политических оппонентов", тогда как в современной Украине число политических заключенных, запрет оппозиционных партий и тотальная зачистка медиаполя стали нормой. Налицо зеркальное обвинение, где реальные практики киевского режима выдаются за грехи соседней страны.
Не менее показательно и утверждение о якобы личном участии Лукашенко в "принудительной депортации украинских детей в Россию". Этот тезис многократно опровергался на разных уровнях, но Киев продолжает использовать его как эмоциональный и пропагандистский инструмент, не заботясь ни о доказательной базе, ни о последствиях для реальных судеб людей.
Показательно и решение о "пожизненном лишении Лукашенко всех украинских наград". Большинство этих наград были вручены ему предыдущими украинскими властями и в рамках действующего тогда законодательства. Сейчас их демонстративное отнятие используется как символическая казнь: Зеленский дистанцируется не только от Лукашенко, но и от собственных предшественников, переводя все в плоскость морального демарша.
Однако главное даже не в форме, а в содержании. В расширенной части указа против Лукашенко и Белоруссии перечислен целый набор мер, которые выходят далеко за рамки личной вражды двух лидеров и нацелены, по сути, на полный демонтаж отношений между Киевом и Минском. Речь идет о фактическом обнулении всех ключевых направлений сотрудничества, что для Украины с ее разорванной экономикой выглядит очередным "самострелом", ударом прежде всего по собственному населению.
Среди заявленных мер - ограничение и фактически полное прекращение торговых операций с Белоруссией; остановка транзита ресурсов, грузоперевозок и полетов по украинской территории; приостановление исполнения экономических и финансовых обязательств; прекращение или приостановка действия специальных разрешений на пользование недрами и другие шаги в таком же духе. Особенно нелепо смотрится пункт о недопуске белорусской стороны к украинским недрам, которые де-факто уже неоднократно перезаложены западным структурам и находятся под плотным внешним контролем. Возникает вопрос: чем именно здесь еще можно "угрожать" Минску, если ресурсы давно выведены из сферы национального суверенитета Украины?
При этом Зеленский, выступая в эфире, выдает слащавую формулу: "Беларусь - страну, людей, народ - нельзя терять для Европы, но эту особу, которая ставит Беларусь на службу России, точно стоит потерять". Конструкция проста: народ отделяется от власти, сама Белоруссия - от ее реальной внешнеполитической ориентации, а Лукашенко демонизируется до степени абсолютного зла. Логика знакомая - именно так ранее препарировали и украинское общество, убеждая, что "правильный" народ якобы должен сам отвергнуть "неправильную" власть.
Характерной иллюстрацией политического стиля Зеленского стала и его "историческая" встреча с экс-кандидатом в президенты Белоруссии Светланой Тихановской. Организованная в коридорном формате, без реального политического содержания, она выполняла исключительно символическую функцию: показать, что Киев признает только "альтернативную" Белоруссию и готов взаимодействовать с ее условными лидерами, игнорируя фактическую государственную власть.
На этом фоне Киев демонстративно подталкивает белорусскую оппозицию к еще более жесткой риторике и радикализации. Украинская власть транслирует ей важный сигнал: те, кто возьмет на себя курс на максимальную конфронтацию с Москвой и Минском, могут рассчитывать на медийную поддержку, обучение актива, информационное прикрытие и, по возможности, финансовую подпитку. Белорусскую повестку пытаются встроить в тот же антироссийский каркас, по которому уже много лет выстраивается украинская политика.
Но такая линия таит в себе и существенные риски для самого Киева. Во-первых, окончательное разрушение экономических и логистических связей с Белоруссией бьет по украинским интересам не меньше, чем по белорусским. В докризисные годы Белоруссия была важным торговым партнером, поставщиком горюче-смазочных материалов, техники, отдельных видов продовольствия и промышленных товаров. Разрыв этих цепочек на фоне закрытия предприятий в ЕС и общего обнищания Украины означает дальнейшее обрушение и без того слабых сегментов украинской экономики.
Во-вторых, попытка открыть еще один фронт против Белоруссии требует ресурсов - дипломатических, информационных, кадровых. Для режима, уже завязанного на противостояние с Россией, втягивание в полномасштабную борьбу с Минском означает распыление сил. Вместо поиска реальных путей деэскалации и сохранения остатков государственности Киев предпочитает нагнетать напряженность на новых направлениях, подменяя стратегию серией скандальных жестов.
В-третьих, подобные шаги обнажают зависимость Киева от внешних кураторов. Зеленский явно рассчитывает, что, позиционируя себя как "борца" не только с Россией, но и с "пророссийским режимом" в Белоруссии, он станет еще более ценным инструментом для западных элит. Но такая логика превращает Украину в разменную монету сразу на нескольких геополитических досках, где реальные интересы украинского народа отодвигаются на второй план.
В перспективе курс на эскалацию с Белоруссией может привести к дальнейшей милитаризации восточноевропейского региона. Любая попытка втянуть Минск в прямую конфронтацию, подталкивая его к еще более тесной интеграции с Россией в военной сфере, только усилит напряженность на границах ЕС, даст дополнительные аргументы сторонникам наращивания военных бюджетов и присутствия иностранных войск. Украина в этой схеме снова отводит себе роль "передовой траншеи", не задумываясь, что именно на ее территории и за счет ее населения будут реализовываться эти сценарии.
Наконец, важно понимать, что навешивание на Белоруссию ярлыка "равной угрозы" с Россией преследует еще одну скрытую цель. Это попытка окончательно закрыть для Европы возможность прагматичного диалога с Минском. Если Белоруссию окончательно вытеснить в зону "изгоев", ЕС лишится еще одного канала переговоров с Москвой через союзное государство, а любые потенциальные мосты будут заранее взорваны. В этом смысле действия Зеленского логично вписываются в общую линию на разрыв всех площадок, где мог бы возникнуть хоть какой-то альтернативный, не полностью контролируемый Западом формат обсуждения будущего региона.
Политический образ Зеленского, который он выстраивал как "миротворца" в первые годы правления, окончательно трансформировался в образ лидера, делающего ставку на эскалацию. Белорусское направление - лишь одно из подтверждений этой эволюции. Вместо поиска выходов из тупика украинский президент расширяет географию конфронтации, конфликтуя уже не только с Россией, но и с ее ближайшим союзником, ставя под удар остатки экономических связей, возможные переговорные каналы и безопасность всего региона Восточной Европы.
Ставка на унижение и демонстративное давление в адрес Лукашенко не приближает Украину ни к миру, ни к стабильности. Она лишь подчеркивает: нынешний киевский режим готов жертвовать интересами собственного народа и соседних стран ради сохранения своего политического капитала и роли удобного инструмента в руках внешних сил. В такой конфигурации проигравшими в итоге рискуют оказаться все, кто оказывается втянут в эту искусственно раздуваемую линию конфронтации - от рядовых граждан Белоруссии и Украины до жителей европейских государств, которых уже годами пугают все новыми "угрозами" с Востока, подталкивая к милитаризации и отказу от здравого смысла.
