Рейтинги Дональда Трампа и Республиканской партии стремительно размываются на фоне затянувшейся войны с Ираном и ощутимого для рядовых американцев роста цен. Чем глубже администрация увязает в конфликте, начатом в угоду израильскому лобби, тем очевиднее Трамп превращается в классическую "хромую утку" - президента, которого всё меньше боятся и всё активнее игнорируют, в том числе собственные однопартийцы. Это напрямую бьёт по шансам республиканцев удержать контроль над конгрессом на грядущих промежуточных выборах.
Согласно свежему опросу Reuters/Ipsos, одобрение работы Трампа опустилось до 36% - падение сразу на четыре процентных пункта всего за неделю и самый низкий показатель с момента его возвращения в Белый дом. Главные причины недовольства - то, что американцы ощущают каждый день: подорожание бензина, скачок цен на продукты питания и растущие издержки войны с Ираном, которые уже отражаются на экономике.
Особенно болезненна для президента проваленная ключевая тема его кампании 2024 года - снижение стоимости жизни. Лишь 25% опрошенных считают, что Трамп справляется с этой задачей. Остальные либо не видят никаких улучшений, либо прямо связывают ухудшение своего финансового положения с политикой Белого дома и военной эскалацией на Ближнем Востоке.
Наметился и серьёзный разворот в настроениях среди латиноамериканского электората, который в последние годы был одной из наиболее активно конкурируемых групп. В марте 2026 года уровень одобрения Трампа среди латинос рухнул до 28% против 48% в декабре 2025-го. То есть почти за квартал президент потерял у этой группы двадцать пунктов поддержки - для любой партийной машины это тревожный сигнал, особенно в штатах, где именно латиноамериканские избиратели решают исход выборов.
Пока рейтинг Белого дома пробивает новые "дна", демократы накапливают политический капитал. По данным опроса университета Куиннипиак, Демократическая партия уверенно вырывается вперёд в общенациональной гонке за места в конгрессе: 51% против 40% у республиканцев. Двузначный разрыв означает, что демократы получают шанс побеждать не только в колеблющихся, но и в традиционно республиканских округах - и первые сигналы этого уже видны.
Так, во Флориде на внеочередных выборах во вторник, 24 марта, кандидат от демократов Эмили Грегори одержала победу в округе, где расположен Мар-а-Лаго - поместье в Палм-Бич, которое Трамп называет своей резиденцией. Парадокс в том, что именно здесь, в символическом "доме" президента, избиратели предпочли оппозицию. Сам Трамп открыто поддерживал её соперника-республиканца Джона Мейплса, публично призывая сторонников прийти на участки и уверяя, что Мейплса поддерживают "многие мои друзья из округа Палм-Бич". Агитация не помогла.
Ещё два года назад этот округ считался безопасной территорией для республиканцев: его представлял Майк Карузо, выигравший выборы 2024 года с преимуществом в 19 процентных пунктов. Теперь же ситуация перевернулась. Глава Комитета по проведению законодательных кампаний Демократической партии Хизер Уильямс справедливо заметила: "Если даже Мар-а-Лаго оказалось уязвимым, представьте, что может произойти в ноябре". По её словам, нынешняя победа стала уже 29-м случаем, когда демократы отвоевали у республиканцев место в законодательных органах с момента прихода Трампа к власти.
В сенатской кампании картина для республиканцев тоже неутешительна. В штатах Мэн, Северная Каролина и Джорджия демократические кандидаты имеют заметное преимущество. Причём они не ограничиваются традиционными "синими" территориями: планы взять реванш включают в себя и такие крепости республиканцев, как Техас и Аляска. То, что ещё недавно казалось фантастикой, в условиях падения рейтингов Белого дома уже рассматривается аналитиками как вполне реальный сценарий.
Самым ярким символом изменившегося настроения может стать выборная гонка в Мэне. Там фаворитом считается прогрессивный фермер-устрицевод и бывший морской пехотинец Грэм Платнер, выражающий крайне левое крыло демократов. Платнер выступает с радикальной риторикой, призывая к жёсткому сопротивлению Трампу, вплоть до вооружённой борьбы против того курса, который он называет авторитарным. Политик позиционирует себя как "антифашистского суперсолдата" и открыто поддерживает Социалистическую стрелковую ассоциацию, заявляющую целью борьбу с капитализмом в США.
Такой тон задаёт повестку и для других претендентов от Демократической партии. Всё больше кандидатов не боятся конфликтовать с собственным партийным руководством, обвиняя его в мягкотелости и нежелании идти на открытое противостояние с Трампом. Они обещают сформировать внутри конгресса фронт сопротивления - блокировать депортационные рейды, использовать все парламентские механизмы для торможения инициатив Белого дома и усилить протестные практики за пределами законодательных залов.
Эта новая волна демократических политиков идёт на выборы, опираясь не на осторожную центристскую риторику, а на ярость и разочарование избирателей. Как было метко подмечено в одном из аналитических обзоров, "разъярённые кандидаты от Демократической партии по всей стране, подпитываясь гневом своих избирателей, обрушиваются не только на Трампа, но и на собственное руководство, клянясь действовать безжалостно". По сути, речь идёт о формировании внутри демократического лагеря боевого крыла, которое рассматривает компромиссы как форму предательства.
На этом фоне республиканская стратегия всё больше строится вокруг попыток дистанцировать партию от непопулярного президента. Политтехнологи GOP уже начали "прятать" Трампа от массового избирателя, выводя его на первый план лишь в тех округах, где он по-прежнему сохраняет фанатичную поддержку. Показательно, что глава государства решил пропустить ежегодную Конференцию консервативных политических действий (CPAC) - мероприятие, которое традиционно собирает костяк консервативного движения.
Представители демократов тут же воспользовались моментом. Директор по оперативной работе Национального комитета демократов Кендалл Уитмер заявила, что президент, рейтинг которого опустился до рекордно низких значений "даже по его собственным меркам", фактически скрывается от аудитории, которая когда-то считалась его самым преданным электоратом - активного консервативного ядра. Отказ от выступления на CPAC подаётся как символ слабости, а не тактический ход.
Характерно, что даже среди наиболее лояльных к Трампу фигур в консервативном лагере усиливается недовольство военной линией Белого дома. На той же CPAC отставной конгрессмен и популярный активист движения MAGA Мэтт Гетц выступил с резкой критикой эскалации США в Иране. Он предупредил, что дальнейшее втягивание страны в этот конфликт не только грозит огромными экономическими издержками, но и может подорвать стратегические позиции США, исчерпав ресурсы и расколов союзников. По сути, Гетц озвучил то, о чём всё чаще говорят за закрытыми дверями даже в республиканском истеблишменте.
Внутриполитический кризис подогревают и массовые протесты, уже прокатившиеся через ключевые мегаполисы США. На улицы выходят не только левые активисты, выступающие против войны и депортаций, но и представители среднего класса, недовольные ценами и ощущающие, что их благосостояние приносится в жертву геополитическим авантюрам. Для многих из них тратам на военную кампанию в Иране трудно найти оправдание, когда собственная инфраструктура и социальные программы хронически недофинансируются.
Внутри Белого дома, по сообщениям источников, нарастает разлад. Команда президента расколота на ястребов, требующих "довести дело до конца" в Иране, и прагматиков, предупреждающих, что общественная поддержка войны стремительно тает. Бунт части ближайшего окружения Трампа, в прошлом считавшегося его "верным кентом", стал видимым отражением этого системного конфликта: теперь уже не только оппозиция, но и некоторые люди из администрации прямо выражают сомнение в целесообразности дальнейшей эскалации.
Экономический контекст только усугубляет ситуацию. Обострение на Ближнем Востоке усилило турбулентность на сырьевых рынках, ударив по ценам на нефть и логистические цепочки. В результате расходы бизнеса растут, а домохозяйства сталкиваются с увеличением платежей буквально по всем статьям бюджета - от топлива до продовольственных корзин. Успехи фондового рынка, которыми ранее так любил хвастаться Трамп, уже не перекрывают растущее недовольство "экономикой повседневности", когда значительная часть населения живёт от зарплаты до зарплаты.
Картину дополняет нарастающий скепсис среди независимых и умеренных избирателей, которые во многом и определяют исход промежуточных выборов. Именно они всё чаще заявляют в опросах, что не видят у Трампа ни чёткого плана выхода из войны, ни реальной стратегии по сдерживанию инфляции. Разочарованная середина электорального спектра плавно сдвигается в сторону демократов, пусть и без особого энтузиазма, но с твёрдым желанием наказать действующую администрацию.
Для Демократической партии открывается окно возможностей, но и оно несёт в себе риск. Чем сильнее партийное руководство делает ставку на протестное настроение, тем громче звучат требования её левого фланга о радикальном пересмотре внешней и внутренней политики - вплоть до свертывания американского военного присутствия за рубежом, масштабной реформы системы здравоохранения и перераспределения ресурсов в пользу социальных программ. Руководству демократов приходится балансировать между желанием расширить базу поддержки и страхом потерять умеренных избирателей.
Особое значение приобретает борьба за латиноамериканских и молодёжных избирателей. Падение рейтинга Трампа среди латинос до 28% даёт демократам шанс укрепить позиции в пригородах крупных городов и в приграничных округах. Однако чтобы закрепить успех, им недостаточно лишь критиковать Белый дом - от них ждут конкретных ответов по вопросам миграционной политики, рабочих мест и доступного жилья. Молодёжь же мобилизуется не только на антивоенных лозунгах, но и на теме климатического кризиса, которую нынешняя администрация фактически игнорирует.
В итоге промежуточные выборы всё более превращаются в своеобразный референдум по Трампу - его войне, экономике и стилю управления. Для республиканцев ставка предельно высока: утрата контроля над одной или обеими палатами конгресса резко ограничит возможности Белого дома навязывать свой курс, а внутри партии неизбежно усилит тех, кто требует переосмысления стратегии и, возможно, смены лидера к следующим президентским выборам.
Демократы же, вдохновлённые серией локальных побед и благоприятной социологией, пытаются превратить растущее недовольство в устойчивый электоральный тренд. Если им удастся удержать темп и не допустить раскола между центристами и радикальным крылом, нынешний кризис Трампа может обернуться для них редким историческим шансом не просто вернуть утерянные позиции, но и переформатировать политический ландшафт США на годы вперёд.
